Warning: assert() [function.assert]: Assertion "" failed in /home/u185986/litliveru/includes/defines.php on line 27

Warning: session_start() [function.session-start]: Cannot send session cookie - headers already sent by (output started at /home/u185986/litliveru/includes/defines.php:27) in /home/u185986/litliveru/libraries/joomla/session/session.php on line 425

Warning: session_start() [function.session-start]: Cannot send session cache limiter - headers already sent (output started at /home/u185986/litliveru/includes/defines.php:27) in /home/u185986/litliveru/libraries/joomla/session/session.php on line 425

Warning: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/u185986/litliveru/includes/defines.php:27) in /home/u185986/litliveru/libraries/joomla/session/session.php on line 428
Топики | Наталья | Живая Литература

Живая Литература

abb3815f
avatar

Наталья



Живу в Тынде. Представляю собой одну из многочисленной армии посредников между писателем и читателем, к коей относятся издатели, критики, книгопродавцы. Я же - библиотекарь. Благодаря участию в работе сайта "Живая литература" имею две публикации в газете "Литературная Россия".

 
репутация

11.27

7 место
 

Все записи


Вернуться в профиль | Все комментарии | Все записи

РецензииЧитательский отзыв о романе Германа Садулаева "Ад".

Наталья 2011.02.23 07:48 0 0

 

«Солнце встаёт на востоке».

Г.Садулаев. «Ад».

 

Своим романом Герман Садулаев выбирает ни к чему не обязывающий формат детектива. Этакое лёгкое чтиво – скоротать время в электричке. Но для чего, спрашивается, яркому публицисту размениваться на беллетристику? «Срубить бабок» по-быстрому? Однако не надо быть очень умным, чтобы понять: выигрывая на коротком отрезке времени, рискуешь проиграть стратегически.

Не всё так просто, оказывается. И когда начинаешь читать, становится ясно, что занимательный сюжет – всего лишь так называемая «замануха» для доверчивого любителя острых ощущений. На самом деле перед ним раскрывается типичнейшая картина жизни новоиспечённого «среднего класса».

Автор верен традиции «новреалистов»: никакого дидактизма и морализаторства, никаких указующих перстов.

Всё буднично, привычно.

Но почему же так тесно читателю на этих холдинговых  просторах? Отчего так хочется на свежий воздух – подальше от всех этих мерчендайзеров и аутсорсеров?

Хотя, кому как, конечно. Кто-то успел уже отравить организм свой удушливой атмосферой «трепетных рыночных отношений», и для дальнейшего существования ему необходимо время от времени припадать жадным ртом к выхлопной трубе ядовитых офисных газов.

Намеренно не привожу ни одной цитаты из романа. Не хочу лишать читателя радости личного соприкосновения с текстом.

Особенно блестящими мне показались пейзажи «из жизни отдыхающих» россиян в четырёхзвёздочных турецких отелях. Метко. Живо. Беспощадно. Понравится ли это тем, кто узнает в описанных персонажах себя? Боюсь, что прототипы их читают совсем другую литературу. А жаль.

И, конечно же, не могла не восхититься небольшой, но яркой зарисовкой эпизодического посещения одним из героев городской районной библиотеки. Как знакома мне эта картина! «Как дороги» мне эти «нафталиновые» тётеньки, отгородившиеся от живого читателя баррикадами томов апробированной литературы.

Во избежание упрёков в необъективности, внесу маленькую ложечку дёгтя. Соглашаясь с Садулаевым в главном при оценке столпов шоу-бизнеса, замечу, однако, что герой книги оказался неточен при анализе текста одной из песен группы «Любэ».  Эта погрешность могла бы быть простительной, если бы не пространные рассуждения героя вокруг ошибочно запомненной автором и ложно воспроизведённой фразы очень популярной песни.

В конечном же счёте Садулаев со своим «Адом» близок мне как почитателю Драйзера и Томаса Манна, Теккерея и Марка Твена своим обличительным антибуржуазным пафосом. Наверное, возразят мне маститые критики, до художественных высот «Американской трагедии» «Аду» пока далеко.

Но ведь мы же - ещё не волшебники. Мы только учимся.

Молодые писатели учатся писать.

А старые читатели учатся читать. Постигать «новую» литературу. И, как показывает практика, дело это тоже для многих оказалось не таким уж простым. 

     

    РецензииМысли вслух об Олеге Лукошине.

    Наталья 2011.01.26 13:03 11 0

     

    Как-то Прилепин рекомендовал в числе прочих Олега Лукошина почитать. Бондаренко тоже подсуетился - Лукошина "новым" реалистом обозвал. С.Беляков лукошинский "Капитализм" самым революционным текстом считает, дескать, сильнее и жёстче прилепинского "Саньки". Не успев до героя дня добраться, наткнулась я давеча на его интервью "Литературной России". И впрямь - жжот: от "нового" реализма, от Захара с Серёгой, от Германа и Романа камня на камне не возжелал оставить. И через слово: "я велИк!", "я гений". Да не хвали ты себя - пусть люди похвалят тебя... Коммунистом себя кличет. С такими коммунистами буржуев не надоть.
    Читать далее

       

      РецензииМинирецензии на книги Романа Сенчина "Ёлтышевы" и "Лёд под ногами"

      Наталья 2011.01.20 12:23 1 0

       


      Прочла «Ёлтышевых».

      Впечатление получилось обширным, как инфаркт.
      Намеренно не стала сейчас смотреть никаких рецензий о романе, чтобы надо мной не довлели чужие оценки. Хотя примерно уже представляю, какие эпитеты используются критиками, читателями, блогерами при характеристике «Ёлтышевых». Скорее всего, это - «шок», «безнадёга», «чернуха» и прочее в том же духе. И действительно, эти слова - первое, что приходит на ум. На первый поверхностный взгляд может показаться, что Сенчин просто попал в струю, в модное сегодня течение из серии «Однажды в провинции». Наряду с одноимённым фильмом Кати Шагаловой много подобных уже предоставил нам гордоновский «Закрытый показ». Но меня, жителя периферии, они неизменно раздражают. И не только бесконечным педалированием темы беспросветности. Главное, что мешает нормальному восприятию – это факт, что проблемы показаны не изнутри, а как бы извне, сторонним бесстрастным наблюдателем. Сытый стильный режиссёр снимает дорогой камерой «фестивальное» кино, заведомый антигламур, «чернуху» на вынос.
      У Сенчина всё иначе. Нет, он, конечно, не живёт на соседней с Ёлтышевыми улице. Но всё дело в том, что факт проживания в столице(?) не является для Романа поводом для автономного оптимизма. Автор не дистанцируется от своих героев.
      Ведь беда не с провинцией, не с деревней Мураново. Беда с Россией.
      И за это обобщение, за эту кровную сопричастность я испытываю к писателю огромную благодарность.
      Многое хочется сказать. И в частности о стиле написания. Я прочитала не так много произведений авторов т.н. «нового» или «радикального» реализма. Но уже успела почувствовать, что мне это бесконечно близко. В своём интервью Прилепину Сенчин говорит: «… люди, начинающие писать и публиковаться регулярно, очень быстро… превращаются именно в писателей – со своим стилем, с сюжетностью, часто надуманной, с психологичностью, часто ложно усложнённой. УзнаЮт про метафоры и тому подобные термины. И потому, читая многих писателей старшего поколения, умом понимаешь, что да, это написано хорошо, мастерски, а чувства остаются незатронутыми».
      Полностью согласна с Романом.
      Я давно ждала такую литературу, какую предложили Прилепин, Сенчин и другие, близкие им по духу и стилю писатели. Другое дело, готовы ли к её восприятию читатели в массе своей. (Я уж не говорю об аристократичной прослойке, испытывающей по словам Андрея Рудалёва «утончённую брезгливость» по отношению к этому литературному направлению). Казалось бы, герои книг – те, что живут рядом с нами, всё это написано очень доступным для простого человека языком. Но мне почему-то вспоминается, в какое негодование пришли жители алтайской деревни Сростки, когда Шукшин в фильме «Печки-лавочки» изобразил своих земляков такими, как они есть, без прикрас. И это не смотря на то, что были они куда более симпатичными, чем земляки Ёлтышевых. Может быть всё это оттого, что у людей отсутствует прививка правды. Ведь она часто более неприглядна, жестока, чем хотелось бы, и её инстинктивно избегают из чувства самосохранения. Забывая, что действенное лекарство чаще всего бывает именно горьким, жгучим. И мне очень хочется верить, что литература нового реализма и явится таким лекарством, что за такой литературой будущее.
      Скорее всего, многие возразят: не все болезни лечатся шоковой терапией.
      В самом деле, человек не может без надежды. Нельзя всё время глядеть в зеркало только как в бездну, которая всматривается в тебя.
      Поэтому я каждый раз, перелистывая очередную страницу, ждала, за что ж зацепиться бедному сердцу. И только, закрывая книгу, поняла: автор не даёт ему ни одной зацепки, ни малейшего шанса.
      Однако, не смотря на «упорное сопротивление» автора, «выход» был найден.
      Однажды от одного священника я услышала, что повесть Ерофеева «Москва-Петушки» - это христианская повесть.
      Ну, в таком случае, роману «Ёлтышевы» быть христианским сам «Бог велел». И евангельское «Коготок увяз – всей птичке пропАсть», которое можно вынести в эпиграф повести, тому порукой.
      Да, Родина-мать бросила нас на произвол судьбы. Да, власти в стране никуда не годятся.
      Но не стоИт село без праведника.
      Хотя бы ТЫ. Хотя бы, как иванОвский учитель Служкин, хотя бы НЕ делай, что НЕ дОлжно, и, может быть, этим спасёшься, и рядом с тобой спасутся другие. Уж, коль не вкручивать лампочки в подъезде, так хотя бы не выкручивать руки ближнему своему, не выворачивать его карманы.
      В повести нет темы покаяния. И этим она резко отличается от пьесы «Власть тьмы», эпиграфом к которой русский классик взял эту матфеевскую аллегорию о птичке. Критический реалист Толстой отметает посыл о необратимости торжества зла своим утверждением, что, покуда жив человек, препятствием на его пути к раскаянию может послужить только он сам, и что покаяние это возможно с любой - самой низкой точки падения. Но наши современные реалисты пошли другим путём. И их можно понять. Жизнь не стоит на месте, и важно сказать СВОЁ слово, оставить СВОЙ след в литературе. Наверное, так и нужно. Хочется верить, что они знают и понимают что-то такое, чего мне узнать и понять пока не удалось...
      И только теперь прочла рецензию Льва Пирогова.
      Он, как всегда, беспощаден: «…слишком уж расползлась уютная баюкающая интонация: дескать, пускай всё вокруг плохо – надо «если лето, чистить ягоды и варить варенье; если зима – пить с этим вареньем чай»».
      В общем, камни в мой огород.
      «Не помогает от гангрены варенье», - говорит Лев Пирогов. Чтобы оживить труп, нужно поливать сперва не живой, а мёртвой водой. «Часто, чтобы начать действовать, необходимо понять, что надежды нет».
      Значит, опять война?

                                    ********************

      «Кто всегда очень берег себя, под конец хворает от своей чрезмерной осторожности. Хвала всему, что закаляет! Я не хвалю страны, где течет - масло и мед!..

      -
      И кого вы не наУчите летать, научИте – б ы с т р е е    п а д а т ь!..

      -
      Превзойдите мне, о высшие люди, маленькие добродетели, маленькое благоразумие, боязливую осторожность, кишенье муравьев, жалкое довольство, "счастье большинства"! –
      И лучше уж отчаивайтесь, но не сдавайтесь. И поистине, я люблю вас за то, что вы сегодня не умеете жить, о высшие люди!»


      Фридрих Ницше.


      Позади «Лёд под ногами».
      Даже не знаю, что страшнее: «Ёлтышевы» или «Лёд». Если Сенчин в самом деле смотрит на этот мир такими глазами, уже становится тревожно хотя бы даже за автора. Я согласна, что объективно всё обстоит именно так, и ПРИУКРАШИВАТЬ ничего не нужно. Но не должен ли в этом случае хотя бы срабатывать инстинкт самосохранения, позволяющий «смягчать» очень жёсткое субъективное вИдение этого мира?
      Вспоминаются слова из романа Михаила Арцыбашева «У последней черты»:  «… некий человек продал душу чёрту за то, чтобы знать всё… И узнал!.. И на другой же день пошёл, засунул голову в помойную яму, и так и сдох!..»
      Если Прилепин – это, условно, Горький наших дней, то Сенчин, на мой взгляд, сродни Чехову. С его «подводными течениями», обманчиво бесстрастной интонацией, с его негероическими героями. Я бы сказала: ожесточившийся Чехов. Потому что у современников Чехова было ВСЁ – впереди. А у нас, сегодняшних – ВСЁ - позади. Хотя, как мне показалось, сам Сенчин считает, что и позади-то У НАС ничего не было: сплошной «лёд». Вот ЭТО, как мне думается, «разводит» Сенчина даже с Прилепиным. Все герои «Саньки», достигающие в романе Прилепина трагического величия, у Сенчина одним махом становятся карикатурными. Автор не щадит никого: ни главного героя, сегодняшнего Ионыча – Чащина; ни его заигравшегося в «протест» друга-экзистенциалиста Димыча; ни даже товарища по цеху Сергея Шаргунова. В одной из глав книги единожды упоминается фамилия самого Романа Сенчина. И, кажется, если бы автор уделил ЕМУ хотя бы полстраницы, то и этому молодому писателю досталось бы по первое число.
      В романе Сенчин верен себе, и не просто не даёт готовых рецептов, но вообще загоняет читателя в тупик. И если в «Ёлтышевых» можно было «притянуть зА уши» надежду хотя бы методом «от противного»: не садись на пенёк – не ешь пирожок; не пей из копытца – козлёночком станешь. То здесь даже самое смелое воображение не подскажет, откуда испить.
      Жил-был Чащин, вчерашний меломан, загасивший со временем в себе бунтарские дрожжи и пытающийся худо-бедно устроиться в этой жизни, быть «как все». Вот, собственно, и весь послужной список его «преступлений». Таких «преступников» сегодня – вся страна. Карманы никому не выворачивает, руки не выкручивает и, думаю, если хорошо попросить, даже лампочку в подъезде ввернёт. Может потому, его, в отличие от Ёлтышева, хотя бы жаль. Ведь, положа руку нА сердце, разве мы все большей частью не хотим жить «по-человечески»: чтобы в холодильнике было что поесть, в квартире - порядок, стабильный заработок - купить детям мандарины-апельсины?
      Но Сенчин неумолим: все в землю лягут – всё прахом будет!
      Не укроешься «в ущелье лёжа». Не спасёт тебя собственный кокон из привычных, доведённых до автоматизма ритуалов. Малейшее дуновение свежего ветерка, и вот уже - простуда, несовместимая с жизнью.

      Так что же делать, Роман?
      Куда ж несёмся мы? Дай ответ?
      Не даёт ответа.


      «… Но указать тебе спасительный исход
      Не нам, о родина!.. ИСХОДА  МЫ  НЕ  ЗНАЕМ:
      Ночь жизни, как тебя, и нас собой гнетёт,
      НЕДУГОМ  РОКОВЫМ,  КАК  ТЫ,  И  МЫ  СТРАДАЕМ!..»

       

         

        I do blog this IDoBlog Community

        Соообщество

        Новички

        avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar
         

        Вход на сайт