Warning: assert() [function.assert]: Assertion "" failed in /home/u185986/litliveru/includes/defines.php on line 27

Warning: session_start() [function.session-start]: Cannot send session cookie - headers already sent by (output started at /home/u185986/litliveru/includes/defines.php:27) in /home/u185986/litliveru/libraries/joomla/session/session.php on line 425

Warning: session_start() [function.session-start]: Cannot send session cache limiter - headers already sent (output started at /home/u185986/litliveru/includes/defines.php:27) in /home/u185986/litliveru/libraries/joomla/session/session.php on line 425

Warning: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/u185986/litliveru/includes/defines.php:27) in /home/u185986/litliveru/libraries/joomla/session/session.php on line 428
Избирательная память. Сколько выдающихся личностей не удостоено мемориальных музеев? | Актуальное | Живая Литература

Живая Литература

abb3815f
avatar

АктуальноеИзбирательная память. Сколько выдающихся личностей не удостоено мемориальных музеев?

Живая литература 2011.09.05 13:47 0 0

 

Увеличить

Мемориальные музеи – общепринятая мировая практика. Их виды: дома-музеи, музеи-усадьбы, музеи-квартиры, музеи-мастерские, комплексные музеи-заповедники.
Считается, что Россия подарила миру наибольшее число гениев в сфере искусства. Соответственно, память оных увековечена мемориальными музеями. У некоторых особо великих музеев несколько – скажем, для Чехова это отчий дом и несколько дач, для Блока – дедова усадьба и две квартиры. И уж не счесть, наверное, сколько по России домов и музеев связано с именем Пушкина!..


Что это показывает? Что мемориальный музей выдающейся личности можно создавать не только на месте ее рождения, но и там, где протекала наиболее активная фаза ее жизни. и что в России эта возможность применяется полным ходом. Скажем, в Воронеже я видела памятники Осипу Мандельштаму и Андрею Платонову. Интересно, что и в Украине, в Коктебеле, установлен памятник… Николаю Гумилеву. Тем более приятный, что «звезда» Коктебеля – Максимилиан Волошин, безусловно, однако и его современнику место нашлось.

Увеличить

Дом Александра Солженицына в Рязани на ул. Урицкого

Но не все возможности увековечивания памяти использованы, и не всем деятелям культуры нашлось еще «место на постаменте». В особенности, конечно, это касается современных авторов. Видимо, они не вошли еще в списки «классиков», достойных памятника либо мемориального музея! Например, два года назад мы с мужем безуспешно искали в Петушках памятник Венедикту Ерофееву. Не помню, откуда пришла к нам информация, что Петушки, в благодарность писателю за то, что он их увековечил, отплатили ему памятником. Увы, информация оказалась некорректной, потому что в честь 60-летия писателя была задумана скульптурная композиция: его герой с чемоданом и подруга героя. Первоначально скульптуры собирались поставить, одну в Москве,  другую в Петушках. Сначала так и сделали. Таким образом, скульптура Венички находилась на Курском Вокзале, а его рыжеволосая подруга с косой до попы - в Петушках. Но потом было решено их соединить, и теперь они находятся вместе. Единственный на сегодня известный «монумент» Венедикта Ерофеева – скорее, уличная скульптура в Москве, в сквере на площади Борьбы. Зря, на мой взгляд, лишили город Петушки наглядной памяти о Веничке… Тем более, что год назад сгорела «дача Муромцева» в московском парке «Царицыно», где располагался народный музей Ерофеева. Остался всего один музей его имени – но тот в Хибинах, туда ехать на поклон далековато…
И совсем уж не почитается память писателей нового времени в Рязани. В Рязанской области один «магистральный» герой – Сергей Есенин. Соответственно, и один «главный» музей – есенинский заповедник в селе Константинове. И ряд музеев-сателлитов (скорее, музейных комнат в библиотеках и других учреждениях), связанных тоже с именем Есенина. Есть еще несколько музеев, созданных по принципу рождения: Алексея Новикова-Прибоя в Сасовском районе, Измаила Срезневского в Шиловском районе, Константина Циолковского в Спасском районе. Возможно, дело идет к организации музея Евгения Маркина (поэт, выпускник Литинститута, годы жизни – 1938 – 1979) в деревне Клетино Касимовского района.

Дом Довлатова в деревне Березино (5 августа 2011)

Увеличить


«Гости» же Рязани, сколь бы они ни были значительны, не имеют здесь памятных мест, связанных с изучением их жизни, деятельности, творчества. Скажем, дважды вице-губернатор Рязани и начальник Казенной палаты здесь же Михаил Салтыков-Щедрин удостоен нескольких мемориальных досок и бюста у дома его имени (филиал областной библиотеки им. Горького). Не исключены «разовые» экспозиции памяти великого сатирика в музеях и библиотеках города, но «настоящего» музея нет. Такая же участь постигла и Якова Полонского, кстати, рязанца. Начнем с того, что и дом в областном центре на улице Полонского, бывшей Дворянской, утрачен – а раз нет дома, нет и музея, все логично! Несколько лет назад сгорел дом писательниц сестер Хвощинских, тоже коренных рязанок. Еще один музей, судя по всему, не возникнет за неимением места дислокации…
Раз так обходятся с уроженцами Рязани, то стоит ли ждать, чтобы мемориальные музеи были созданы для увековечения памяти выдающихся «варягов»? Память у нас какая-то избирательная.
Единственное исключение – дом-музей гравер-академика Ивана Пожалостина в Солотче, при котором есть так называемая «банька Паустовского» и одноименная тропа. И то – музей Пожалостина, а банька Паустовского – «при нем», отдельного же музея Паустовского нет. Хотя Константин Георгиевич очень любил Мещеру и написал о ней много превосходных книг! Любил он также и Крым, писал книги о Черном море – и в поселке Старый Крым подошли к вопросу ответственнее, устроив дом-музей Паустовского. На той же улице, где стоит дом-музей Александра Грина.
Но вернемся к Рязани. Эпоха Советской власти сделала Рязань вынужденным обиталищем многих незаурядных деятелей культуры – не по их, правда, воле. Так, в рязанской пересыльной тюрьме находился некоторое время казачий поэт Павел Васильев (1910 – 1937). Попытка создания музея его памяти предпринята лишь одной библиотекой Рязани – а много ли у библиотеки возможностей создать полноценный музей? Вряд ли! Спасибо, что собрали книги и фотографии в цельную экспозицию. Была арестована в Москве в 1934 г., выслана в Сибирь, вернулась в Рязань после освобождения, здесь и умерла, похоронена на Скорбященском кладбище политзаключенная Наталья Лебедева (1894 — 1978), видный деятель восточнославянской этнографии. Она была уроженкой Рязани. Жила в скромном деревянном доме на улице Радищева. Этот дом некогда украшала мемориальная доска, которая потом исчезла – задолго до того, как снесли под престижную застройку сам домик.  Есть ли хоть в «свежеиспеченном» Рязанском университете, «цитадели» местной гуманитаристики, экспозиция памяти Лебедевой? Таким же образом, по высылке, оказалась в конце 40-х в Рязани дочь Марины Цветаевой Ариадна Эфрон. В районном центре, где два лета гостила на даче сестры знаменитая поэтесса, ныне функционирует Александровский литературно-художественный музей Марины и Анастасии Цветаевых. В областном центре, где два года преподавала в художественном училище (до нового ареста) Ариадна Эфрон, нет мемориала в ее честь.
Список великих, кого судьба заносила в Рязань, можно продолжать до наших дней. Как и список деятелей культуры, родившихся в Рязани, но обретших известность больше областной. Между прочим, писатель-диссидент Александр Генис, тоже в Рязани родился (в 1953 г.) – и что бы в его честь музей не организовать? С названием типа «Детские и школьные годы невозвращенца»…
Властям, как правило, не до музеев. Вернее, не до расширения их числа. Довольствуйтесь, мол, имеющимися… Выручают, слава Богу, энтузиасты. Недавно я услышала, что на родине популярного в начале 30-х годов и основательно забытого после расстрела писателя Ивана Макарова (1900 – 1937), в селе Салтыки (ныне Ряжский район), создан небольшой местный музей его памяти. В Рязани же только мраморной дощечкой «пометили» дом на улице Ленина, где жил Макаров.
Приведу пример благой частной инициативы, подарившей России очередной музей. Месяц назад я посетила Пушкинские Горы, где проходил международный театральный фестиваль «ЛИК». И там узнала, что на территории самого, пожалуй, популярного российского культурного музея-заповедника открывается еще одна постоянно действующая экспозиция: музей Сергея Довлатова. Писатель работал экскурсоводом в Пушкинском музее-заповеднике летом 1977 и 1978 гг., о чем в 1983 г., уже в Нью-Йорке, написал блестящую повесть «Заповедник». Он снимал дома в деревнях Березино и Гайки. Березинский дом и его хозяин Михал Иваныч (в жизни – Иван Федорович) стали героями «Заповедника» наравне с Пушкиным и сотрудниками КГБ. В доме в Березине и образован первый в России мемориальный музей Довлатова.

Увеличить

Интерьеры дома Довлатова

Увеличить


В 2010 году «Российская газета» писала об этом начинании четырех единомышленников: Юрия Волкотруба, Анатолия Секерина, Игоря Гаврюшкина и Алексея Власова. (http://www.rg.ru/2010/08/24/reg-szapad/dovlatov.html) Писала в будущем времени: «возможно, здесь даже откроется музей». Сегодня об этом можно говорить с уверенностью. Дом-музей Довлатова торжественно открылся 3 сентября, в день 70-летнего юбилея писателя, до которого он не дожил 21 год (1941 – 1990). Родился, как он сам говорил, в эвакуации, в Уфе, а умер в эмиграции, в Нью-Йорке.
Изначально целью энтузиастов было спасти дом, но… в то же время оставить именно в таком ветхом состоянии. «Иначе пропадет весь кайф», - объяснил один из организаторов музея. Дом был куплен у москвички Веры Хализевой, которая вложила огромную лепту в его сохранение как памятного объекта: не перестраивала, не ремонтировала, много лет пользовалась столь неудобной дачей. Благодаря ее бережности, в доме остались кое-какие фотографии Сергея Донатовича. Мне удалось запечатлеть на фото этот дом в уникальные моменты: восстановление, сохраняющее весь «разор», с которым столкнулся Довлатов. 
Относительно создания музея Довлатова мнения профессионалов противоречивы. Например, Иосиф Будылин, заведующий музеем-усадьбой Тригорское в 1995- 2000 гг., к идее создать музей Довлатова относится критически, полагая, что музей такого рода должен быть комплексом, включающим всех авторов, кто посвящал книги Пушкиногорью: К. Паустовского, Ю. Куранова, С. Гейченко. Он считает, что Довлатов придал Пушкинскому заповеднику сомнительную славу. Но не исключено, что музей будет посвящен целому поколению писателей-восьмидесятников. Есть даже мнение, что в «Михайловском» запустят экскурсионный Довлатовский маршрут: классический обзор Пушкиногорья плюс дом и любимые рестораны Сергея - «Лукоморье» и «Витязь».
Частный музей, если и бизнес-проект, то куда более благородный, чем частный ночной клуб. Технические и рабочие сложности неизбежны, но их легко решить… если захотеть. Единственное серьезное «но» - будут ли такие «самодеятельные» музеи внесены в Реестр музеев, учреждений и образований музейного типа? Тут, мне кажется, многое зависит от активности работы и уникальности информации музея. Терпение и труд, хочется верить, «перетрут» даже сопротивление российской бюрократии.
Но все же инициатива «снизу» создать музей выдающейся личности является миру реже, чем собственно такие личности. Может, люди боятся всего сразу – что сожгут, что не разрешат, или что сменится идеология вкупе с «иконостасом» культурных деятелей? Для меня, например, загадка, почему никто в Рязани не хочет создать аналогичный довлатовскому частный музей одного писателя, тоже снимавшего дом в одной рязанской деревушке, и прославившего ее на весь мир. Нобелевского лауреата Александра Солженицына. Есть мнение, что прототип и тезка Матрены из повести «Матренин двор» проживала в деревне Давыдове (близ курортного пригорода Рязани Солотчи). Впрочем, по другой версии, Матренин двор стоит искать во Владимирской области. Но, во-первых, не так далеко Владимирская область от Рязанской, а во-вторых, в дачном домике в Солотче Солженицын начал писать «Архипелаг ГУЛАГ» и создал множество произведений малой формы. Но домика «памяти Солженицына» в Солотче нет как нет. Даже какой-нибудь «бани» или «сарая Солженицына»…
Напоследок удивлюсь, почему улица, на которой стоит городской дом Солженицына, до сих пор носит имя начальника Петроградской ЧК Урицкого, уж точно никогда в Рязани не бывавшего?.. Не стоит ли городу, где был написан «Иван Денисович», «застолбить» уважение к одному из самых известных писателей ХХ века? Его, как ни крути, не только на рязанском, но и на всероссийском фоне «не заметить» трудно…

Елена САФРОНОВА






     

    I do blog this IDoBlog Community

    Соообщество

    Новички

    avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar
     

    Вход на сайт