Warning: assert() [function.assert]: Assertion "" failed in /home/u185986/litliveru/includes/defines.php on line 27

Warning: session_start() [function.session-start]: Cannot send session cookie - headers already sent by (output started at /home/u185986/litliveru/includes/defines.php:27) in /home/u185986/litliveru/libraries/joomla/session/session.php on line 425

Warning: session_start() [function.session-start]: Cannot send session cache limiter - headers already sent (output started at /home/u185986/litliveru/includes/defines.php:27) in /home/u185986/litliveru/libraries/joomla/session/session.php on line 425

Warning: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/u185986/litliveru/includes/defines.php:27) in /home/u185986/litliveru/libraries/joomla/session/session.php on line 428
Вадим Левенталь: «Мы нащупываем пульс живой литературы» | ЖЛ-критики | Живая Литература

Живая Литература

abb3815f
avatar

ЖЛ-критикиВадим Левенталь: «Мы нащупываем пульс живой литературы»

Живая литература 2010.09.24 10:44 0 0

 

Увеличить

Сколько литературных критиков нужно на северную столицу, и почему они хвалят «страшную скукотищу». О падении курса слова относительно картинки, что в силах отвести удар от писательского кармана, когда следует достать гитару и пойти в «трубу». Мы поговорили с питерским критиком, исполнительным директором «Нацбеста» Вадимом Левенталем.


- Как пришел  в литературную критику?

У нас на филфаке была специализация "Литературная критика и редактирование". Упор там делался скорее на редактирование, чем на критику (В.Л.Топоров отказался читать курс критики, сказав, что такому городу как Петербург достаточно трех-четырех действующих критиков, а плодить критиков, которые останутся без работы, смысла нет), тем не менее когда появился сначала сайт, а потом и журнал "Прочтение", оттуда пришли именно к нам на специализацию: не хочет ли кто-нибудь попробовать себя. Философия журнала тогда была "будьте проще, сядьте на пол", поэтому основной жанр там был - короткая рекомендация к прочтению: вот такой детективчик, вот такой любовный романчик.

- Что для тебя литературная критика?

Герман Садулаев высказался раз в том духе, что критик должен быть этаким книжным зазывалой (эта ироническая формула, впрочем, принадлежит Андрею Фефелову): подходи, налетай. Это наивная идея - хотя бы потому, что "рядовой читатель" (фантомный персонаж, да) критику не просто не доверяет - он относится к нему враждебно: критик, во-первых, продажный, во-вторых, хвалит только своих друзей, а в-третьих - хвалит только страшную скукотищу. Писателю в его работе критик не помощник; Карамзин писал, что ругать бессмысленно, потому что научить писать хорошо невозможно, "но если вышло изрядно, отчего не похвалить". Ясно, что литературе in general не нужны никакие институции: писатель работает на территории своей собственной внутренней империи. То, чем мы занимаемся, - это литературный быт. Но это не значит, что им не надо заниматься, напротив. Самолет летает сам по себе, и все-таки без наземной инфраструктуры ему будет неуютно, вот литературная критика - часть этой инфраструктуры.

- Устраивает  то, чем занимаешься?

Меня устраивает. Если бы это занятие еще и семью устраивало, совсем хорошо было бы.

- Твое критическое кредо?

Тут полагается вписать какую-нибудь фразу на латыни, чтоб не стыдно ее было на фамильный герб поместить, но у меня нет фамильного герба. Мне кажется, самое интересное и самое ценное в нашей работе - это когда критическое суждение не уходит в безвоздушное пространство, когда возникает диалог, разброс мнений. Зазор между разными отношениями к тексту всегда любопытнее, чем каждое мнение в отдельности.

- Твоя лучшая статья или, может быть, пятерка твоих статей, которые более всего  ценишь?

Если смотреть фактам в лицо, то самая моя успешная статья - это написанная три года назад маленькая заметка про какой-то роман Коэльо. Регулярно получаю в Имхонете благодарности от разных девушек за этот издевательский по отношению к бразильцу и его поклонницам текст. С субъективной же точки зрения, мой лучший текст на сегодня - это статья-анализ "Хрустального мира" Пелевина, она пока не опубликована. Правда, это такая критика, которая ближе все-таки к литературоведению, к науке (если согласиться с тем, что литературоведение - наука).

- Что еще не написал?

Ну, всякому серьезному критику полагается по традиции писать "Русскую литературу в NN году", я только щелкаю зубами - чтобы написать такую статью, нужно месяц, наверное, ничем другим не заниматься.

- Что у нас сейчас с литературой?

Тут два момента. Во-первых, потеря литературоцентричности культуры со всеми вытекающими. Курс слова по отношению к картинке продолжает падать. Ясно, что ничего хорошего в этом нет - для нас во всяком случае. С другой стороны, язык все-таки есть дом бытия, никакое MTV не в силах тут ничего поменять, они могут только сделать вид, что это не так. Поэтому тот, кто, по Блоку, слышит музыку, будет продолжать писать - и в этом, по-моему, надежда. Или, во всяком случае, утешение.

- Чего ждешь от нового литературного десятилетия?

Думаю, что десять лет - достаточный срок для того, чтобы кардинально изменились пути доставки текста к читателю. Pay-what-you-want, print-on-demand, бог его знает, что еще появится и что в результате победит, но во всяком случае уже просто не может не появиться механизм, соединяющий писателя с читателем - его читателем - напрямую. Это, по-моему, может отвести удар если не по писательскому карману, то по писательскому самолюбию точно - а это, я уверен, важнее. Что же до литературных течений-направлений, то, думаю, их время еще не пришло. Для того, чтобы появилось что-то типа, условно, натуральной школы или, опять же условно, поэзии декабристов, должна быть другая прежде всего политическая ситуация. А сейчас нет политики, только ее симулякр.

- С какими авторами связываешь свои надежды?

Я жду с нетерпением новых книг всех авторов, которых люблю, речь о писателях уже состоявшихся, все они значительно старше меня... Глупо же звучит: "Левенталь связывает свои надежды с Пелевиным", да? Я должен говорить о своем поколении. Есть талантливые и даже чудовищно талантливые люди, которым примерно по тридцать лет и которые, очевидно, своих лучших книг еще не написали, - вот с ними со всеми и связываю. Это и Ксения Букша, и Сергей Самсонов, и Владимир Лорченков, и Алексей Шепелев, и Наталия Курчатова... кого-то забыл. А кого-то наверняка и не знаю. Бог знает, кто из них сойдет с дистанции, а кто напишет-таки шедевр. В театральном вузе, когда я пришел на первый курс, нам сказали: "Не все из вас станут артистами". Мастер как в воду глядел: артистом не стал почти никто, только один человек, по-моему.

- Нет ли желания  плюнуть на все и уйти от современности в классику?

Если ты про академическую науку - пойти в Пушдом и заниматься всю жизнь творчеством Рылеева, - то я почтительно склоняю голову, но билет возвращаю, у меня другой склад характера.

- О ком из классиков хотелось бы написать?

Пока ни о ком. Писать ведь имеет смысл только в том случае, если ты заметил что-то, что до тебя никто не замечал. Достаточно взглянуть в библиотеке на каталожный ящик "Гоголь, о нем", чтобы желание писать о Гоголе пропало. Вот однажды я заметил в "Пушкинском доме" инфернальную тему, которой там никто до меня не видел, - тут уж не удержался, написал. Статья вышла и даже понравилась Битову - это, конечно, не может не тешить мое самолюбие.

- Назови пять статей твоих коллег по критическому цеху. Вообще, в каком сейчас у нас состоянии литкритика?

Нельзя, например, сравнить какую-нибудь большую, итоговую статью Данилкина с - пусть даже большой, но все-таки не больше журнальной полосы - рецензией Курчатовой. Хотя я уверен, что Курчатова не менее талантливый критик, нежели Данилкин. У Топорова что ни статья, то песня - но опять же, разве можно через запятую указать кого-нибудь еще? Он работает в своем жанре, больше так никто не пишет. Критика, на мой взгляд, в таком состоянии, что талантливые люди есть, их больше, чем пальцев на одной руке, но абсолютное большинство из них вынуждены работать в слишком большом темпе. Маленькая рецензия может быть талантливой, остроумной, даже шедевральной, но ничто не заменит все-таки серьезной аналитической (и полемической) статьи. Те люди, у которых есть время писать такие статьи, за редкими исключениями, талантом не блещут.

- Если литкритику отменить, то что-то изменится в литературе?

В литературе – ровным счетом ничего. Литература  существовала столетиями безо всякой институциональной критики. Всегда найдутся безумцы, которые вместо того, чтобы деньги зарабатывать, будут писать книги, и другие безумцы, которые ради этих книг выключат телевизор. Критика нужна не писателю («вышло изрядно» – похвалили – ну и слава богу), а всем остальным – тем, кто читает, и даже тем, кто не читает. Литература ведь – часть очень сложной системы, где политика, культура, экономика, наука, способы производства и т.д. испытывают какие-то взаимовлияния, и все это вместе в диахронии называется историей человечества. Ее движение – самое величественное зрелище на Земле. Ну а мы нащупываем пульс живой литературы, по нему угадываем, что происходит с людьми, со страной… Поэтому, кстати, мне кажется бредовой идея, что литературная критика должна иметь дело с текстом и только с текстом. Да и невозможно это.

Увеличить

- Совмещаешь ли с критикой писательство? Сложно ли это делать и нет ли в этом раздвоения личности?

Раздвоения нет. В понедельник нацарапываешь свое что-то, а в пятницу пишешь статью. А еще работа в издательстве, учеба, прогулки с сыном, походы в магазин. Никто же не варит суп как писатель и не ходит в банк оплачивать квитанции как критик.

- На твой взгляд, современная литература резонансна в обществе или многое и важное проходит совершенно не заметно?

Резонанс в обществе вызывают телесериалы – если сравнивать с ними, то литературу не слышно вообще. С другой стороны, достижения астрофизики, допустим, волнуют еще меньший круг людей, так что литературе еще есть куда падать. Совершенно не замеченных важных книг я не знаю. (Роман Олега Стрижака «Мальчик» кажется мне абсолютным шедевром – этакий «Петербург» конца XX века – и при этом об этом романе никто ничего не знает – вот, да; только этот роман вышел семнадцать лет назад.) Мое удивление чаще вызывает повышенное внимание к книгам, которые, на мой взгляд, совершенно его не заслуживают. Но такие всплески быстро проходят. Кто сейчас помнит, что всего только год назад нам продавали Олега Гладова как супер-пупер-мега-звезду и надежду русской литературы?.. А про Терехова, Крусанова, Шарова – все-таки пишут, так что незамеченными они не остаются.

- Как считаешь, нужны ли литпремии и если  бы их решили унифицировать,  то какую надо оставить?

Премии сейчас – основной элемент литературного быта, до тех пор, пока их что-то не заменит, они незаменимы. Пока все крутится вокруг них – разговоры, дискуссии, продажи, книгопечатание – хотя, в принципе, все может в любой момент поменяться, и точкой сборки литпроцесса может стать, как раньше, толстый журнал или, как еще раньше, допустим, монастырский скрипторий. Нельзя унифицировать премии – одни из них вручают по совокупности (как Нобелевская премия), другие за конкретный текст (как букеровская премия); одни – за максимальную «удаленность от народа» (как премия Андрея Белого), другие, наоборот, за отказ запереться в башне из слоновой кости (как Нацбест). Если бы мне сказали: «Вадик, все премии отменяем, оставим только какую скажешь», – я бы попросил оставить какую-нибудь премию за лучший дебют. Все-таки молодым писателям моральная поддержка важнее, чем другим.

- Какие литературные издания наиболее для тебя авторитетны и чего не хватает литпериодике?

Авторитетов среди печатных изданий я не знаю. Все мы в курсе, что происходит с толстыми журналами. Остро не хватает как раз двух-трех журналов с разными, но ярко выраженными идеологическими и эстетическими принципами. У нас «Новый мир» не отличишь от «Октября», а его в свою очередь – от «Знамени», хотя и там, и там, и там нет-нет да и напечатают хорошую прозу. Условно говоря, перебирая журналы, я должен, по идее, знать, что вот тут будут почвенники и новые реалисты, а тут – либералы и верлибристы, тогда возникает напряжение и интерес. Скажем, мне как читателю «Частного корреспондента» и автору «Соли» не близко все то, что делают и думают на сайте «Openspace», – и тем не менее, я регулярно его читаю, у сайта есть свое лицо.

- Портят ли  литературу современные издательства, рынок и насколько в силах критик повлиять на современный литпроцесс?

Увы, портят. Не глобально, но все-таки. Ситуация выстроена таким образом, чтобы у писателя не было времени отшлифовать текст, дать ему отстояться. Текст написан – нужно положить его на несколько месяцев, потом достать, отрезать лишние куски, потом дать почитать ближайшим друзьям, обсудить с ними его, потом еще доработать, и только после этого нести в издательство. А у нас у писателя текст прямо из-под пера вырывают. Кроме того, меня раздражает практика «встреч с писателями» в магазинах. Решительно никому это не надо и не интересно, а у писателя отнимают кучу времени, когда он мог бы работать. Доказательство тому, что критик может влиять на процесс, – конкретные примеры. Скажем, Топоров написал про Емелина – и тут же Емелин выходит из гетто и становится модным поэтом. Пишет Данилкин про быковские романы, что они никуда не годятся, – и, пусть не все, но многие во всяком случае начинают задумываться: а вдруг и впрямь король голый?

- Если разочаруешься  в профессии, чем займешься?

Достану гитару, вспомню, как на ней играть, и пойду в «трубу» на Невский; пою я неплохо.


 

Вадим Левенталь, родился в Ленинграде в 1981 году. Окончил филологический факультет СПбГУ. Ответственный редактор издательства «Лимбус Пресс». Исполнительный директор премии им. Геннадия Григорьева и премии «Национальный бестселлер». Пишет художественную прозу и статьи о литературе для газет, журналов и интернет-изданий.

Статьи:
- в "Журнальном зале"
- журнал "Соль"
- "Санкт-Петербургские Ведомости"
- "Частный корреспондент"






     

    I do blog this IDoBlog Community

    Соообщество

    Новички

    avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar
     

    Вход на сайт