Warning: assert() [function.assert]: Assertion "" failed in /home/u185986/litliveru/includes/defines.php on line 27

Warning: session_start() [function.session-start]: Cannot send session cookie - headers already sent by (output started at /home/u185986/litliveru/includes/defines.php:27) in /home/u185986/litliveru/libraries/joomla/session/session.php on line 425

Warning: session_start() [function.session-start]: Cannot send session cache limiter - headers already sent (output started at /home/u185986/litliveru/includes/defines.php:27) in /home/u185986/litliveru/libraries/joomla/session/session.php on line 425

Warning: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/u185986/litliveru/includes/defines.php:27) in /home/u185986/litliveru/libraries/joomla/session/session.php on line 428
Наталия Курчатова: «У меня нет амбиций литературного дирижера» | ЖЛ-критики | Живая Литература

Живая Литература

abb3815f
avatar

ЖЛ-критикиНаталия Курчатова: «У меня нет амбиций литературного дирижера»

Андрей Рудалёв 2010.11.27 12:17 0 4.9

 

Увеличить

Как запойный читатель становится литературным критиком, о дрессированных «муклах» и «следовании за кистью» в критике. Почему история привлекательнее литературоведения, появился ли «средний класс» в литературе, о тусовочной иерархии и необходимости возрождения чести профессии. С блестящим петербургским критиком Наталией Курчатовой мы поговорили о профессии и современном состоянии литературы.


Что для тебя литературная критика?

- В идеале я всегда воображаю рецензию литературным произведением. Ясно, что так получается далеко не всегда, а в некоторых случаях подобные амбиции прямо противопоказаны. Но мечтать не вредно.

Как пришла в нее?

- Это можно назвать случайным предопределением. Я с детства была запойным читателем. Из тех, у кого книжка и на уроке под партой, и после отбоя под одеялом – вместе с фонариком. Ну и сама вечно что-то сочиняла.
Потом закончила журфак и долгое время писала о чем угодно, кроме книг: городские новости, социалка. В основном – о музыке, одно время даже считалась «подающим надежды музыкальным критиком». Эта история была связана с журналом FUZZ, где подобралась команда молодых всезнаек, оттуда вообще много интересного народу вышло; кто-то и теперь продолжает жизнь в рокенроле, другие топчут альтернативные дорожки. Параллельно мы с Венглинской сочиняли роман, выступали со стишками и даже притворялись актуальными художниками.
Далее в очередном журнале, где я работала (TimeOut- Петербург), появилась возможность писать про книги. Так и понеслось. 

Устраивает то, чем занимаешься? И вообще уютно ли молодой женщине в литкритике?

- Я много чем занимаюсь. Критика как одна из сфер деятельности – да, устраивает вполне. Молодой, как ты выразился, женщине, в литкритике удобнее, чем кому бы то ни было, - разумеется, при наличии стартового пакета в виде мозгов, чувства такта, доли дерзости и неравнодушия к предмету. У нас все-таки шовинистическое общество, и в случае, если рецензия не нравится, скажут – ну что с нее взять, с этой муклы. А ежели наоборот – ну ничего себе, мукла-то дрессированная!
Это я шучу так. На самом деле товарищи писатели, как правило, очень благодарные и толерантные герои. Если подходить к делу вдумчиво и внимательно, то тебе простят самые острые пассажи. Не простят небрежности и равнодушия.
  
Твое критическое кредо?

- Очень громко сказано. Я редко раскладываю вещь по полочкам, скорее «следую за кистью», как говорили японцы. Ну и, смею надеяться, собственный писательский опыт и доля воображения помогает мне лучше понять, что именно хотел сказать автор и как это у него получилось.
Еще есть некоторый элемент протекционизма – стараюсь в первую очередь писать о русскоязычных новинках.  

Есть ли особый питерский почерк в критике?

- Традиционно считается, что петербуржцы больше оглядываются на литературные иерархии – в силу того, что город несколько снобистский, с традициями и династиями. Но это, полагаю, скорее, относится к старшему поколению.

Твоя лучшая статья или, может быть, пятерка твоих статей, которые более всего ценишь?

- Я пишу довольно много, но коротко. Поэтому иногда наткнусь на какую-нибудь свою прошлогоднюю статью и перечитываю ее… с восторгом первооткрывателя. Проще говоря, я их не держу в голове, это во-первых, и не мне судить – это во-вторых.

Что еще не написала?

- Пару-тройку романов хотелось бы еще написать. Что касается критики, то это не вопрос, а ответ. Появляются новые книги – я реагирую, только-то. У меня нет амбиций литературного дирижера – для этой роли есть более подходящие люди, одаренные и с соответствующим темпераментом.

Нет ли желания плюнуть на все и уйти от современности в классику?

- Только в форме художественного переосмысления. Я ведь даже не филолог по образованию. Да и если сидеть в архивах, то по другому поводу: меня гораздо больше зачаровывает история, чем литературоведение.

Увеличить

Что у нас сейчас с литературой?

- Да все в общем-то неплохо – если говорить о творческом выходе, «креативе», как говорят в Сети. Но есть некоторое количество нюансов.
Во-первых, жанровая проза. У нас так и не появилось этого пресловутого «среднего класса» - и в литературе тоже. Есть жевачка, мусор, который несколько могучих издательств втюхивают массовому читателю под видом легкого чтения. Есть хорошая жанровая проза, которая издается смешными тиражами, а продвигается будто из вредности. Воленс-ноленс эти авторы пасутся на одном поле с теми, кто претендует, условно говоря, на плевок в вечность. Выходит путаница – например, когда в шорт-листе солидной премии оказывается и вол, и трепетная лань, инновационный роман рядом с хитросплетенным детективом. А ведь к этому плетню зачастую прислоняется еще и какая-нибудь остросоциальная публицистика, которая вообще-то третий вид спорта, но специальных соревнований для него нету, и вот, по остроумному замечанию Виктора Топорова – не помню, где он об этом писал, но образ запомнился – бегуны соревнуются со стрелками, а приз в итоге достается троеборцу. Получается, что у нас не существует логичных иерархий, которые в каждом случае выстраивались бы сообразно базовым функциям; а нет сомнений, что у жанровой литературы, «высокой прозы» и публицистики они различны. Зато есть иерархии тусовочные – в среде фантастов одна, в среде «новых реалистов» другая, в тусовке журнала имярек третья, в компании модной столичной молодежи четвертая и далее в дурную бесконечность. Почему-то мало кому приходит в голову, что новое слово в прозе можно сказать и фантастическим романом, а «новый реалист» вполне может выдать коммерческую, жанровую вещь. В этом смысле мне весьма симпатична стратегия Льва Данилкина, который без устали совершает вылазки на маргинальные с точки зрения литтусовки территории, не принимая в расчет устоявшиеся репутации и прочие стереотипы.
Во-вторых, сеть. Литературная общественность, хоть и пасется в массовом порядке в LJ и Фэйсбуке, продолжает упускать из виду тот факт, что пока происходят все эти мелкопоместные разборки между «кругом Openspace», кругом «ЧасКора», кругом толстых журналов и прочими кругами на воде, так называемый народ прекрасно самоорганизуется без них. Читает Прозу.сру и выкладывает в интернет наиболее понравившихся «бумажных» авторов. Можно представить, что думает средний человек, наткнувшийся на очередной срач в уютной жжшечке между критиками, писателями, литературными функционерами: это явно не сообщество экспертов… эти ребята попросту решают какие-то свои вопросы, выясняют отношения, какое мне дело до их мнений?.. Так вот, пока в наших перепалках мотивации будут вроде – «а этот в таком-то году не дал моему другу N премию» или «такой-то принадлежит к либеральному (патриотическому, журнала «..», нужное подчеркнуть) лагерю, поэтому пну-ка я его побольнее», пока вместо качества текста мы будем руководствоваться вот этими коммунальными мыслишками, караван двинется, и вскоре исчезнет за горизонтом. И литсообщество вскоре превратится в несколько мелких партийных ячеек наподобие «с детьми» или «без детей», которые никогда и ничего не докажут друг другу, и только им и останется – накидываться с радостными воплями на каждого неофита, случайно забредшего на их территорию.
Как это ни пафосно звучит, но необходимо возрождать честь профессии. «Платон мне друг, но истина дороже». И никак иначе.

Чего ждешь от нового литературного десятилетия?

- Отчасти в продолжение предыдущего высказывания – очень интересно, как будет складываться история словесности в Сети. Теоретически здесь возможно все, вплоть до прямой продажи произведения читателям, когда каждый по собственному выбору платит за скачивание книги - я имею в виду вещи, изданные «прямо в сеть». Но это как раз относится к нормальной жанровой литературе, рынок которой у нас провален, как говорят луркоебы, «чуть более чем полностью». Что до «высокой словесности», то здесь хотелось бы оздоровления экспертного сообщества – потому что как раз в этом случае оголтелая демократия – зло, а также новых имен.. людей, которые уловят головокружительные изменения в языке и адаптируют их на достойном уровне.
И еще у нас последнее время неплохо развивается жанровое гнездо, включающее в себя документальный роман, публицистические заметки и «роман по мотивам действительных событий». Учитывая кризис журналистики как профессии, призванной доносить до читателя информацию о реальности, вещи в подобных жанрах приобретают особое значение.

С какими авторами связываешь свои надежды?

- Вот тут мне бы и проиллюстрировать собственный тезис о необходимости «парить над схваткой» и если болеть за друзей, то безмолвно… хорошо, если небезнадежно. Но, боюсь, я скорее покажу себя таким же заложником ситуации. Есть такой риск.
Поэтому попробую пройтись прикинуть этакую ролевую модель. Сразу прошу прощения, я могу забыть кого-то или не знать попросту – так, что касается отечественной фантастики, моя осведомленность невелика.
Определенно, есть люди, которые даже если на какое-то время ограничатся ведением блога и раздачей интервью, все равно будут оказывать влияние на литпроцесс и то, как его представляет внешний наблюдатель. Это такой фасад литературы, ее лицо в медиа. Тут приходят на ум в первую очередь Дмитрий Быков и Захар Прилепин. Оба харизматики, умеют говорить, и то, что Прилепин свой последний на сегодняшний момент роман «Санькя» написал в 2005-м, если не ошибаюсь, году, ничего не меняет.
Есть люди, ответственные за инновацию, высокий штиль, этакие «писатели для писателей». У которых никогда не будет больших тиражей, но это не суть важно, потому что они - инкубатор идей и стилистических находок, которые потом растаскивают и более-менее удачно адаптируют другие авторы. Здесь можно вспомнить Владимира Шарова и недавнего лауреата «Большой книги» Иличевского.
Есть бытописательский фланг, отряд быстрого реагирования, диагносты действительности. Эту функцию можно по-разному осуществлять – в форме сугубого реализма, как Роман Сенчин, или же с большей фантазией, как рижанин Евдокимов, который, правда, уже некоторое время молчит. Впрочем, требовать от каждого писателя по роману в год - это порочная практика, мне кажется.
Есть визионеры – люди с целым выводком тараканов в голове, особый дар. Анна Старобинец с фантастическими превращениями людей в пауков и муравьев в голове и Михаил Елизаров с библиотечной сектой… правда, оба писателя неровны, природа такая, тараканы капризные, их, видимо, не заставишь набегать каждую неделю по авторскому листу с одинаково высоким результатом. В этой лиге недавно появился еще один многообещающий игрок – человек, скрывающийся под псевдонимом Фигль-Мигль.
Ну и, конечно, много любопытного случается на пограничных территориях – так, я не знаю, куда отнести творчество Сергея Носова или Леонида Юзефовича, но очень жду их новых книг.  

О ком из классиков хотелось бы написать?

- Мне уже случилось написать статью об Александре Куприне для «Литературной матрицы». Больше пока ничего не планирую.

Каковы твои кумиры критической мысли, близкие по духу литературоведы?

- Они все умерли. Я люблю формалистов, как-то так сложилось – Тынянов, Шкловский. Ну и «неистовый Виссарион», конечно – не потому, что его марксисты на щит подняли, но потому, что он был настоящим Дон Кихотом от словесности.

Назови пять статей твоих коллег по критическому цеху, который тебя порадовали.

- Я сейчас признаюсь в страшном грехе – не слежу за критикой. Разумеется, я почитываю Топорова, Немзера, Данилкина, Мишу Визеля, Вадима Левенталя, Валерию Пустовую, тебя.. Много кого. Но все это – спорадически.

Читатель современной литературы, кто он? Накидай несколько штрихов к портрету...

- Если имеется в виду так называемая «современная русская проза», то он – либо специалист, либо студент. У остальных, как правило, нет времени и желания. Но студенты внушают надежду.

На твой взгляд, современная литература резонансна в обществе или многое и важное проходит совершенно не заметно?

- Есть скандал – есть резонанс. Как в случае с недавним интервью Садулаева и реакцией на него чеченских властей. А так – нет, конечно. Кстати, забыла Садулаева отметить с его только что изданным «Шалинским рейдом». При всех оговорках удачная книга, трогает и даже переворачивает местами. Чего не скажешь, правда, о его «офисных» вещах.
Но, опять же – «плевок в вечность». Я все-таки верю в это. 

Как считаешь, нужны ли литпремии и если бы их решили унифицировать, то какую надо оставить?

- Их не надо унифицировать. Их нужно больше. Как я уже говорила выше, в соответствии с нишами – «Частный детектив», «Луноход» (хотя уже есть «Странник» и т. П.), «Из России с любовью» (пусть спонсирует Cosmo и шмоточные бренды), «Первая полоса» (для публицистов)… Ну и так далее. А большие «национальные, литературные» премии будут заниматься наконец тем, что им положено – искусством сочетания слов. И туда будут номинироваться книги не в зависимости от жанра, но только от качества и новизны текста.

Какие литературные издания наиболее для тебя авторитетны и чего не хватает литпериодике?

- Я не читаю литературную периодику. Не выписываю журналов. Видимо, я не настоящий литератор.

Портят ли литературу современные издательства, рынок и насколько в силах критик повлиять на современный литпроцесс?

- Критик, наверное, как-то может, иначе бы не ломались копья после наиболее ярких выступлений. Хотя в масштабах рынка его влияние скорее из области психологической войны – было дело, мне кто-то из знакомых сказал, что мои недоброжелатели поражены тем фактом, что наш с Венглинской роман неплохо расходится. Это было в первые несколько недель после рецензии Данилкина в «Афише». Так я узнала, что, во-первых, критик Данилкин таки влияет на продажи, а во-вторых, что у меня есть недоброжелатели.
А издательства… без них на нынешнем этапе никак. Вот придет эра свободного обмена информацией, тогда и повоюем. Большие издательские корпорации – это бизнес, там не до соплей. А маленьким самим можно посочувствовать.

Тебе как критику хотелось бы стать властителем дум?

- Разумеется, меня посещают подобные бредовые мысли. Но уж никак не в качестве критика. Как я уже говорила, критик в современной ситуации – это точный эксперт и одержимый, в одном флаконе. Он все время в чужих мыслях, в чужих мирах, он дирижирует информационными потоками, он прислушивается к говору у ларька и при этом не вылезает из башни «Гамбургского счета». Это очень ответственная и донельзя специальная роль. Снимаю шляпу.

Если разочаруешься в профессии, чем займешься?

- Уже несколько разочаровалась, но пока никуда не деться с подводной лодки. Я этим на жизнь зарабатываю.
Луковую ферму заведу в Ленобласти или фирмочку, которая будет заниматься историческим туризмом: на лодьях и драккарах плавать из Питера в Великий Новгород. Там, правда, Волховская ГЭС, можно разориться на шлюзовании. И в Ладогу малые суда не пускают. Проект, короче, требует проработки. Кино еще хотим с Венглинской снимать. У меня много идей и желаний, хватило бы только жизни и энергии.



Наталия Курчатова родилась в 1977 году в Ленинграде. Окончила журфак СПбГУ.
Стихи: Альманах «Вавилон», альманах премии «Дебют», антология «Стихи в Санкт-Петербурге. XX век».
Проза: роман «Лето по Даниилу Андреевичу» в соавторстве с Ксенией Венглинской, издательство «Амфора», 2007
Критические заметки и обзоры: «TimeOut», «Эксперт», «Критическая масса» и др.






     

    I do blog this IDoBlog Community

    Соообщество

    Новички

    avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar
     

    Вход на сайт