Warning: assert() [function.assert]: Assertion "" failed in /home/u185986/litliveru/includes/defines.php on line 27

Warning: session_start() [function.session-start]: Cannot send session cookie - headers already sent by (output started at /home/u185986/litliveru/includes/defines.php:27) in /home/u185986/litliveru/libraries/joomla/session/session.php on line 425

Warning: session_start() [function.session-start]: Cannot send session cache limiter - headers already sent (output started at /home/u185986/litliveru/includes/defines.php:27) in /home/u185986/litliveru/libraries/joomla/session/session.php on line 425

Warning: Cannot modify header information - headers already sent by (output started at /home/u185986/litliveru/includes/defines.php:27) in /home/u185986/litliveru/libraries/joomla/session/session.php on line 428
Русский рок, осмысленный и беспощадный. «Лёд под ногами» Романа Сенчина: книга о музыке | Письма с Дальнего Востока | Живая Литература

Живая Литература

abb3815f
avatar

Письма с Дальнего Востока



Василий Авченко

 
репутация

0.1

20 место
 
avatar

Письма с Дальнего ВостокаРусский рок, осмысленный и беспощадный. «Лёд под ногами» Романа Сенчина: книга о музыке

Василий Авченко 2011.09.07 04:52 1 0

 

Роман «Лёд под ногами» Сенчина, впервые опубликованный в «Знамени» в 2007 году, превратился в книгу только в конце 2010-го. К этому времени некоторые бытовые подробности (например, цены, скрупулёзно фиксируемые летописцем повседневности Романом Сенчиным) успели устареть, но сама книга – скорее наоборот. Она имеет прямое отношение к событиям, произошедшим уже после её написания, – от известного диалога премьера Путина с «музыкантом Юрой» до первых, пока сравнительно мягких «наездов» государства на других музыкантов – например, на Noize MC и группу «Барто».


Да, сенчинский «Лёд…» можно понимать как книгу о покорении столицы провинциалом, но это только один пласт. Книга о кризисе среднего (или «позднего молодого») возраста – тоже верно, но это не более чем второй пласт. Ничуть не в меньшей степени книга – о рок-музыке как социальном явлении. Не случайно само название книги – цитата из Егора Летова, да и сам Сенчин – не только прозаик, но и, оказывается, рокер, «сибирский панк», участник группы «Плохая примета». Возможно, именно эту часть собственной биографии Сенчин подарил своему главному герою – Денису Чащину. Но одновременно ввёл в текст эпизодического персонажа по имени «писатель Роман Сенчин», исключив тем самым соблазн поставить знак равенства между автором и главным героем.

Рок в российской культуре – явление интереснейшее и как следует, возможно, ещё не осмысленное в отличие, например, от таких предшественников рок-движения, как Окуджава и Высоцкий. Роман Сенчин именно этим осмыслением и занимается, описывая роль рока в перестроечные 80-е и кардинальное изменение этой роли (вместе с не менее кардинальной эволюцией самих рокеров) через 90-е к «нулевым». Причём описывая с публицистической чёткостью. При желании здесь можно увидеть беспощадный приговор русскому року (какая, кстати, впечатляюще мрачная игра слов кроется в самом словосочетании «русский рок») – и одновременно приговоры, которые сам рок выносил своим деятелям: депрессии, разочарования, ранние смерти…

Одна из узловых точек - превращение рока из музыки протестной в музыку придворную или по крайней мере «аполитичную», отход рока от социальности. Сенчин упоминает знаменитые концерты 1996 года перед выборами Ельцина под девизом «Голосуй или проиграешь!». Идеалисты от рока видят в этих концертах предательство идеалов - именно в таком ключе герои книги рассматривают трансформацию, произошедшую с Константином Кинчевым. Юрия Шевчука герои тоже упрекают в конъюнктурности – возможно, потому, что действие романа происходит ещё до того, как Шевчук начал открыто выступать против уже новой власти, вольно или невольно превратившись в оппозиционера.

Другой вариант рокерской судьбы – ранняя смерть – показан через мелькающих в книге Виктора Цоя и Майка Науменко, которые, оставшись «вечно молодыми», тем самым избежали конъюнктурных соблазнов 90-х.

В итоге к «нулевым» годам рок-движение приходит совсем другим. Новые его фигуры выглядят соглашателями и карликами. Старые в лучшем случае превращаются в благополучных обывателей, уже не зовущих ни на какие баррикады (и вообще: звали ли они на них когда-либо?), а в худшем смотрятся ещё более жалко – как, например, один из центральных героев книги, рокер-неудачник Димыч. Он так и не вышел из состояния юности вопреки неизбежному календарному взрослению и старению. Несмотря на весь свой рудиментарный рок-идеализм, нелепый Димыч смешит и раздражает – тем, например, что он по-прежнему иждивенец и бездельник, хотя, может, и неплохой человек.

Сам рок можно понимать в качестве метафоры молодости, и в этом смысле «Лёд под ногами» - книга о молодости и её утрате. Рок характеризуется как дело молодых, что подтверждается ранними смертями одних кумиров и нелицеприятными трансформациями других. Становясь зрелым, человек перестаёт быть рокером, идеалистом и революционером, констатирует автор. Нормален ли тогда путь Чащина - перестать протестовать, закончить игру в нонконформизм, оставить мечты о всемирной революции или гармонии, начав спокойно работать, превратившись в типичного и довольно «успешного» офисного сотрудника? Или же нормален, напротив, вариант Димыча – оставаться идеалистом и нонконформистом навсегда, до конца, каким бы он ни был? Сенчин не даёт прямого ответа, у него скорее - «оба хуже». И Чащин, и Димыч едва ли могут служить примерами для подражания.

Можно заострить постановку вопроса и предположить, что рок стал одной из причин распада СССР. Пусть действительная революционность конкретных музыкантов, может, сильно переоценена, но ведь всё это было, все эти недвусмысленные посылы: «мы ждём перемен», «этот поезд в огне», «скованные одной цепью» и т. д. У Сенчина присутствует и эта тема. Не случайно мелькают и Ельцин на танке, и ГКЧП… Ради чего мы требовали перемен - ради этих вот «нулевых» с обуржуазившимся Чащиным, променявшим, по выражению Льва Данилкина, Егора Летова на карту «Виза», и никчёмным Димычем? Перспективы Димыча неясны и сомнительны, Чащин в итоге вообще умирает - автор лишает его будущего. Политическая жизнь нового времени изображена Сенчиным почти документально и в крайне скептическом, карикатурном ключе: «молодёжные движения» - сплошь продажные, протест – не настоящий… Вот примерно такой же представляется и рок-музыка на своём новом этапе, причём точкой невозврата выступают те самые проельцинские концерты 96-го года. Плюс – явное опопсение «бескомпромиссного» рока, примитивизация, дрейф к чисто развлекательному, беспроблемному, аполитичному полюсу, деградация идейная и эстетическая.

Рок, как и литература, отодвигается на периферию общественного внимания. Поэты в России – уже меньше, чем поэты. «Гражданские обороны» былых – недавних, но уже таких далёких – времён превращаются в прямом смысле слова в «гробы», реализуя старое предсказание «рок-н-ролл мёртв». Эта линия «Льда под ногами» ничуть не менее важна, чем личный кризис Дениса Чащина. Судьба Чащина символизирует, если угодно, кризис целого поколения и целой рок-культуры: конец, дальше идти не получается. Под ногами – только лёд.

Тема осмысления рок-культуры, что называется, витает в воздухе. Опубликован роман Вадима Демидова (группа «ХРОНОП») «Сержант Пеппер, живы твои сыновья!» о том, как в позднесоветском Горьком менты с чекистами «плющили» рокеров. В рассказе Захара Прилепина «Герой рок-н-ролла», как и у Сенчина, рок 80-х противопоставляется реалиям «нулевых», переоцениваются и сами былые кумиры. И тот же Прилепин в рецензии на очередной альбом рэп-коллектива «25/17» формулирует: «То, что для моего (1970-1980 годов рождения) поколения выполнили БГ, Цой, Кинчев, Шевчук, Борзыкин, Ревякин, «Хроноп» и «Ноль», для следующего поколения сделали Ноггано, Гуф, «Каста», Нойз МС, «25/17», вся их «Засада» и отчасти Вис Виталис (ориентированный всё-таки на людей чуть более старшего возраста). Все они «проговорили» и «выговорили» более чем адекватным поколению языком его самость, его сущность, его суть. В каком-то смысле дали поколению словарь. Потому что на языке, при всём уважении, Кинчева, ныне происходящее вокруг уже не объяснишь».






     

    • 0 avatar Наталья 2011.09.09 04:08
      "Кто в юности не был революционером, у того нет сердца, кто к старости не стал консерватором, тот лишён мозгов", - так, кажется сказал Черчилль?
      Почему именно "сердца"? Не "силы", не "воли", не "смелости".
      Да потому что тем революционер и отличается от разбойника, бандита, хулигана, что идёт на противоправные действия не от скуки, безделья, не для того, чтобы поразмяться, не от того, что силу некуда девать. Побудительным мотивом истинного революционера может быть лишь вот это радищевское восклицание: "Я взглянул окрест меня - душа моя страданиями человечества уязвлена стала!"
      Факт наибольшей пассионарности молодёжи иллюстрирует марксистский тезис о том, что бытие определяет сознание. Ведь у молодого человека, если ему не досталось от родителей богатое наследство, нет собственности, его не сковывают семейные путы - любимая жена, дети. Семья, нажитая собственность ближе к концу жизни диктуют человеку более консервативный образ мыслей и поведения. Такова общественная норма, наиболее типичный ход событий.
      Но из всякого правила есть исключения. Иначе не видели бы мы среди юных революционеров прошлого века выходцев и из обеспеченных семей, как не знали бы сегодня такого явления как зрелый Лимонов, у которого с мозгами всё в порядке.
      Каким образом наименее болезненно для себя и окружающих перейти из одного состояния в другое: из революционеров в консерваторы?
      Такой переход, наверное, настолько сложен, что не каждый может пройти этот путь достойно без существенных нравственных потерь. Что и наблюдаем мы на примере обозначенных героев Сенчина.
      "Чтоб тебя на земле не теряли, постарайся себя не терять". Как?
      Наверное, постараться сделать всё возможное, чтобы "мозги" не отменили "сердце".
      Сегодняшние матёрые рокеры с этой задачей не справились и иногда даже сами смутно осознают это:
      ...Мы стали респектабельны,
      мы стали большими,
      Мы приняты в приличных домах...
      Нас можно ставить там,
      нас можно ставить здесь,
      Но в игре наверняка
      что-то не так... (Б.Гребенщиков)
      А умирать вместе с рок-н-роллом всё же не хочется. И вот уже почти официозный Андрей Макаревич в ближайшие выходные на фестивале BookMarket намеревается выступить с чтением рассказов "другоросца" Захара Прилепина и тем самым хоть как-то способствовать отсрочке собственной агонии.
      Ответить
    I do blog this IDoBlog Community

    Соообщество

    Новички

    avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar
     

    Вход на сайт