Живая Литература

avatar

ЖЛ-поэтыПерекличка Кублановского с Кублановским

Антон Чёрный 2010.11.01 12:48 0 1.68

 


Издательство «Время» выпустило роскошную книгу Юрия Кублановского – сборник новых стихов «Перекличка». И я имею в виду не только отменную полиграфию, классическую строгость оформления – на таких образцах нужно учить типографов, как нужно правильно издавать хорошую поэзию. Стихи хороши. Они не ярки, не изукрашены – в них нужно долго глядеть и ловить, ловить неуловимое.
Кублановский при всём своём статусе почти классика не ставит тут себе памятника. Он долго и напряжённо размышляет, ищет, что же он ещё недосказал, на какие вопросы сам себе не ответил.


В цикле «Над строчкой друга» – явный разговор (не то ответ, не то спор) с Гандлевским, с его уже хрестоматийным приговором современности:

«Пидарасы», - сказал Хрущев.
Был я смолоду не готов
Осознать правоту Хрущева,
Но, дожив до своих годов,
Убедился, честное слово.

Кублановский же думает не о том, прав или неправ был Никита Сергеич, а что вот он, поэт лично нашёл ответить ему на это. И нашёл ли?

За рык «пидарасы!»
зарвавшегося Хруща
ища поквитаться,
мы жили на ощупь, ища
и видя мерцанье
забрезжившей было строки —
всё на расстоянье
лишь вытянутой руки.
Но нет — не даётся.
И ненаречённое впрок
впредь не наречётся.
Лишь нежности тяжкий оброк

в груди остаётся
от так и не найденных строк.

И это лишь один из итогов, один из счётов, кои предъявляет себе стареющий, да что там, уже постаревший поэт: «Я живу с простым и твёрдым чувством // Приближения к границе жизни». Перекличка не только с друзьями и современниками, как с Гандлевским или Еленой Шварц, которой посвящено стихотворение, давшее название всей книге. Главная перекличка в этих стихах – с самим собою тогдашним.
В этом смысле совсем не позой и самолюбованьем кажется автоэпиграф к стихотворению «Через 25 лет в Прилуках». Это диалог, где реплики подаются одним и тем же человеком сквозь вязкую толщу времени. Диалог поэта с поэтом – о другом поэте. Кто бывал в Вологде, ездил в Прилуки на могилу Батюшкова, сразу ухватит эти мелкие точные детали: и в цикле «Памяти Константина Батюшкова» 1979 года, и в этом, окликающем его, стихотворении:

Холмики погостов пеленая,
защищая нашу суверенность,
нынче снег — едва ль не основная
достопримечательность и ценность.

(«Через 25 лет в Прилуках», 2004)

Гейлесбергский герой, италийский младенец
под прилуцким снежком.

(«Памяти Константина Батюшкова», 1979)

Но согласья меж тем и этим поэтом нет. Если прежний смотрел на могилу глазами философа – бестрепетно, даже слегка цинично: «Ибо темным червям и на севере жирно» (1979), то нынешнего плотская суть смерти не столь и занимает. Важнее – общность судьбы, перекличка с Батюшковым, вторую половину жизни проведшим в беспросветном слабоумии: «И почти подобна дубликату // жизни предка стала жизнь потомка» (2004). Повторяемость и преемственность эта для поэта становится острее на фоне неизменного «фона» эпох:

Ощущение, что не впервые
и недаром нашего тут брата
кто-то видит в щели смотровые
зимнего недолгого заката.

Рефлексия приводит поэта к очевидному, но только теперь прочувствованному выводу:

Ибо наше небо не могила
с брошенною наугад бутылкой,
а всё то – о чём ты говорила
ночью мне по молодости пылкой.

(«Чтоб стало на душе светлее…»)

Впрочем, подбивая «баланс души», он всё медлит с окончательным ответом:

Зыбкую тень итога
тайного, нутряного

вижу во дни старенья,
белые на просвет.

Что итожить? Чем отвечать в конце жизни Хрущу на хлёстких «пидарасов»? Чем оправдать ценность прожитого и прошедшего сквозь тебя? Мне кажется, главный ответ (как и всё сложное, глубокое в этом мире) в этой книге дан, но не прямо. Он с поэтической лёгкостью и неприметностью – показан. В пластике зрелого спокойного стиха, в мягкой образности как проявлении внимания к мирозданию, когда ценность себя в мире постигается через наблюдение за самим миром. Особенно ярко это заметно в стихотворении «На холмах с нездешним светом», где любование хрупкостью бытия словно говорит нам о хрупкости того, кто любуется:

Но сорвавшись с выси страшной,
ты, серебряный комар,
не разбей земной пустяшный
ёлочный стеклянный шар.

Книга, писавшаяся Кублановским в течение пяти лет и выходившая отдельными порциями в «Новом мире» – это настоящий лирический дневник серьёзного поэта. Дневник для чтения вслух.

____________________

Юрий Кублановский. Перекличка. – М.: Время, 2010. – 112 с. ISBN 978-5-9691-0484-6

Аннотация книги на сайте издательства «Время»






 

I do blog this IDoBlog Community

Соообщество

Новички

avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar
 

Вход на сайт