Живая Литература

avatar

Рецензии



Открытый раздел для публикации рецензий

 
репутация

140.5

2 место
 
avatar

РецензииКислотный чернозём (о новой книге прозы Алексея Шепелёва)

василий конев 2014.02.21 13:01 0 0

 

Увеличить

 

Новая книга прозы Алексея Шепелёва – две повести под одной обложкой, объединённые общим местом действия и одними и теми же героями, раскрывает неожиданные грани таланта этого автора.

Действие происходит в российской глубинке, в деревне, в том самом показательном для нынешней литературы 1993 году – вроде бы тот же «новый реализм», но художественное решение и идеологические рефлексии у Шепелева куда более неоднозначные.

На мой взгляд, здесь мы имеем дело с тем, что называется очевидное-невероятное: перед нами если и забытый "писатель-деревенщик" (сейчас, очевидно, невозможный), то самый современный, и одновременно самый не современный (sic!), притом самый настоящий, почвенный, и для широкой аудитории, что немаловажно, если вчитаться, нескучный.


Книга выпущена в серии "Молодая литература", хотя автор, мягко говоря, не новичок, но издаться ему в современных коньюнктурных условиях, как отмечают критики, трудно. Шепелев - довольно известный прозаик, поэт-авангардист, автор романов "Echo" (Амфора, 2003, плюс в книжке 5 рассказов), и "Maxximum exxtremum" (Кислород, 2011), лауреат премии «Нонконформизм-2013», музыкант, лидер группы "Общество Зрелища" (в этом году, почти одновременно с книгой, вышел CD "А бензин - низ неба", независимый лейбл "Выргород", получивший, кстати, положительный отклик в музыкальной прессе). По информации из жж А. Шепелева, в данный момент книга продается лишь в нескольких магазинах (в Москве в "Фаланстере", и на сайте группы "Общество зрелища".

Первая повесть (или даже роман) имеет название «Настоящая любовь/Грязная морковь» и повествует «о воспитании чувств» героя глазами шестнадцатилетнего же автора (изначальный вариант текста, как и первый, написан в 1994 и 1997 г.). Если авторская датировка не фейк, тоШепелев лет так на десять опередил Германику и Ко. Чего стоит и претенциозно-пародийный подзаголовок второй повести «Russian Disneyland» - «О становлении российского фермерства»…Здесь  и та самая попытка некой новой деревенской прозы, отчасти новой почвенности (без "неосоветчины" М. Елизарова, без давно надоевшего гнилого диссидентсва) , в которой  явственно проступают и элементы магического реализма, и что-то модернистски-авангардистское, и постомодернисткое коллажирование в духе раннего Тарантино. Булгаков, Лесков и Гоголь, и «12 стульев» с Зощенко, и Набоков с Хармсом. Громкие имена, но стихия языка одна для всех, и кто-то может схватить на лету мгновенье, создать её слепок. Короче, как любят выражаться сегодняшние критики, склонные к сверкраткости и сопоставлению с им известными и ныне живущими, это уже совсем не Сенчин, а кардинально иной большой прозаик, который, по словам автора послесловия к книге Евгения Попова, нынче в особых представлениях не нуждается. Нуждается в другом. Во внимании и поддержке издателей.

Для писателя же есть опасность "заиграться в юродство", во всякие неоднозначные, экстремальные вещи, не найти баланс смешного-высмеимываевого и серьёза, но об этом писал ещё рецензент первой книги А. Урицкий. И действительно творчество это "на грани фола",  однако новая книга Шепелева, нужно всё же отметить, куда как более адекватна, приемлема, что ли, для гипотетического читательского восприятия, нежели две предыдущих, где молодой автор уж постарался перегнуть палку настолько, что задел не только эстетические чувства некоторых читателей. Хотя и здесь он остаётся верен себе, развивая провокацию несколько другими, можно сказать, более изощренными, способами.

И дело даже не в том, что, как замечено и процитировано в заметке в газете "НГ - Экслибрис" в рубрике "5 книг недели" про "повести, персонажи которых чрезвычайно натуралистичны: «Отдавшись образам, я созерцал параллельно и Ленку, которая, искривив рожу, перед каким-то обмылком зеркала водила по верхней губе обмылком этой жирной гадости». (Второй "обмылок" - ясно из контекста в повести -речь идёт о губной помаде. - В. К.). Дело не в натуралистичности (которая есть, но что ж), а в стиле, в юморе, в некоем блеске, в том, что, допустим, приведённая фраза выглядит практически на любом фоне современной прозы ублицистикикак (особенно толстожурнальной) как яркое пятно (сказал бы кислотное, если не лишние побочные ассоциации) органического коллажа, вклеенное в серого цвета паспарту или монохромную газетную полосу. Здесь, конечно, нужен издательский риск.

Алексей А. Шепелёв. Настоящая любовь: Повести. – М.: Фонд СЭИП, 2013. – 296 с. ISBN 978-5-9903964-9-4. 1000 экз.

Хорошую рецензию на книгу написал поэт и прозаик, лауреат премии А. Белого Виктор Iванiв из Новосибирска.

"...Чтобы увидеть настоящее дыхание земли, следует обратиться и перечитать все, написанное А. Шепелёвым, и увидеть в этом классическую русскую литературу. В романе «Maxximum Extremuum» есть много тем из школьной программы, обработанных в жестоком внутреннем театре обычного школьника, и сам принцип письма автора, переживающего как смену сцен мениппеи свою собственную жизнь, по-разному характерен и для А. Шепелёва, и для оказавшего на него влияние Н. Кононова.* ...
То, что двадцать лет назад могло быть написано как школьное сочинение, девичий альбом, сегодня оказывается языком русской классики, подорванной и вывернутой наизнанку. Так в коллажированном личном дневнике Шепелёва («Настоящая любовь») одну из героинь зовут Ленка Курагина. И если отстраниться от резко педалируемых тем, то язык Шепелёва – остается верен традиции «Записок из подполья» и других произведений Достоевского".

http://magazines.russ.ru/volga/2014/1/20i.html - читать В. Iванiва полностью.






 

I do blog this IDoBlog Community

Соообщество

Новички

avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar avatar
 

Вход на сайт